«Народ держали в невежестве, потому что политические камарильи могли держать в повиновении только невежественный народ; только невежественный народ могли держать в повиновении дурные правительства, только при невежественным народе могла возникнуть кровавая тирания.»
«…Солидарность между людьми неразрывно связана с солидарностью между народами, так же, как капиталистический эгоизм неразрывно связан с индивидуализмом, неразрывно связан с национализмом, имперскими амбициями и агрессивными и грабительскими войнами.»

"Можно ли удивляться тому, что конференция, руководствуясь причинами, вытекающими не из каких-то политических предубеждений, а из объективного анализа фактов, сочла себя обязанной отметить, что политика Соединенных Штатов играет основную роль в провале попыток достижения справедливого и полного мира в регионе в силу того, что они блокируются с Израилем, поддер­живают его и добиваются частичных решений, отвечающих сионистским целям и призванных закрепить за Израилем плоды его агрессии за счет арабского народа Палестины и всей арабской нации?"

«В оружии нуждается империализм, потому что он лишен идей. Чтобы сохранять эту постыдную систему, чтобы сохранять все эти ситуации, о которых говорили здесь, ему нужно оружие, он должен сохранять их силой; но если есть идеи, если существуют идеи, можно защищать эти идеи и можно сделать так, чтобы идеи победили; идеи не нуждаются в оружии, в той степени, в какой они способны завоевывать большие массы. Никто не может думать о том, чтобы решить противоречие между социализмом и капитализмом силой, так может думать только сумасшедший; и империалисты думают об этом, поэтому они сохраняют военные базы во всех частях света, угрожают всем на свете, повсюду вторгаются на чужие территории.»    
«В эти критические годы самая могущественная капиталистическая держава из всех, когда-либо существовавших, обладающая наибольшими ресурсами, позволяет себе паразитировать за счет накоплений остального мира, который вынужден финансировать не только ее невиданный государственный и торговый дефицит, но также и гонку вооружений, не имеющую параллели в истории.»
«Империализм попытается разделить нас, чтобы подыскать любой предлог для оправдания своих интервенционистских действий в нашей стране, и это тесное и прочное единство всегда помешает им найти предлог для этого. Но при любых обстоятельствах мы всегда будем готовы к всенародной войне и к тому, чтобы защищать все уголки нашей страны до последнего, пока есть хоть один революционер и хоть одна винтовка для ее защиты. Потому что, как я говорил тогда студентам, каждый человек, каждый революционер должен сказать «я армия, я родина, я Революция…»

"Конечный уход из Вьетнама был катастрофическим. Армия в полмиллиона человек, обученных и вооруженных до зубов, не смогла сопротивляться натиску вьетнамских патриотов. Сайгон – колониальная столица, ныне Хо-Ши-Мин, - был позорно оставлен оккупантами и их соучастниками, некоторые из которых улетали, уцепившись за вертолеты. Соединенные Штаты потеряли более 50 тысяч своих достойных сынов, не считая изувеченных. Они затратили 500 миллиардов долларов в той войне без налогов, самих по себе всегда неприятных. Никсон в одностороннем порядке отказался от обязательств, взятых в Бреттон-Вудсе, и заложил основы нынешнего финансового кризиса. Все, чего они добились, это кандидата республиканской партии 41 лет спустя".

"Когда там высадились захватчики, существовало три дороги, пересекавшие болото, построенные и строившиеся туристические центры и даже аэропорт по соседству с Плая-Хирон - последний оплот вражеских сил, который наши бойцы взяли штурмом вечером 19 апреля 1961 года. Эту историю я уже рассказывал. Мы могли бы отбить его менее чем за 30 часов, однако обманные маневры американского военно-морского флота отсрочили нашу молниеносную атаку с танками ночью 18-го числа. (...) С первого победоносного сражения 17 января 1957 года стало традицией  лечить раненых противников. Это фигурирует в истории нашей Революции".

 

"Могущественная северная держава всегда относилась враждебно к нашей борьбе, поскольку с давнего времени она предначертала ей ясную судьбу - стать частью полностью экспансируемой ее территории.
 
Упадок испанской империи, где никогда не садилось Солнце, способствовал в свое время нанесению сильного удара новой имперской державе, чтобы отнять Кубу, Пуэрто-Рико, Филиппины и Гуам. Они искали предлоги, использовали обман и ложь, признав, что по сути дела и по праву  кубинский народ был свободным и независимым, при помощи чего они искали поддержки их опытных бойцов, чтобы они поддержали войну захватчиков".

"Обама в своем выступлении присваивает кубинской Революции антидемократический характер и лишение уважения свободы и прав человека. Это такой же аргумент, который использовали администрации Соединенных Штатов, почти все без исключения, чтобы оправдывать свои преступления против нашей родины. Блокада, сама по себе, является геноцидом. Я не хочу, чтобы американские дети воспитывались в условиях этой позорной этики. Возможно, вооруженная революция нашей страны не потребовалась бы не будь военной интервенции, поправки Платта и экономической колонизации, которую она занесла на остров".

"Какое решение принимает империя, чтобы соперничать с Кубой в нашем полушарии? Направить огромное судно, превращенное в плавающий госпиталь, который работает по десять дней в каждой стране. Они могут помочь какому-то числу людей, но они далеки от решения проблем какой-либо страны; не компенсирует кражу мозгов, не может готовить специалистов, которые ей нужны для того, чтобы предоставлять настоящую медицинскую помощь в любой день недели и года. Все авианосцы вместе взятые, являющиеся сегодня инструментами военной интервенции в различных океанах Земли, превращенные в госпитали, не смогут предоставлять такой медицинской помощи миллионам людей, которых кубинские врачи лечат в самых отдаленных уголках мира, где рожают женщины, рождаются дети и где есть больные, нуждающиеся в срочной помощи".

«Уже созданы условия для того, чтобы Обама применил свой талант в конструктивной политике, которая положила бы конец политике, терпевшей крах в течение почти полувека. С другой стороны, наша страна противодействовала и готова противодействовать, сколько потребуется, она не обвиняет Обаму в жестоких действиях, совершенных другими правительствами Соединенных Штатов. Она также не оспаривает его откровенность и его желания изменить политику и имидж Соединенных Штатов. Она понимает, что он вел очень трудную борьбу, чтобы его избрали, несмотря на столетние предрассудки.»